Пелелиу: Райская Герника

Хитоси собирался рисовать людей. Не танки, не карты, не схемы окопов. У него были наброски персонажей, смешных и живых, а летом 1944 года пришла повестка, и редакция сменилась на казарму. Остров Пелелиу, десять тысяч японцев против сорока тысяч американцев. Никаких подкреплений, никакого снабжения. Сиди в пещере и жди, пока тебя засыпят.

Самое жуткое начинается позже. Хитоси замечает, что сослуживцы перестали говорить о победе. Один вспоминает мать, другой считает дни до конца, третий просто молчит. А он достаёт огрызок карандаша и рисует. На обрывках, между залпами, пока руки трясутся. И эти кривые картинки замечает офицер. Не для приказа, не для донесения. Для чего-то другого, что Хитоси пока не понимает.

Он разрывается между долгом умереть с честью и мечтой вернуться домой. Между приказом и желанием снова держать в руках нормальный лист бумаги. И чем дольше длится бойня, тем меньше остаётся от того парня, который хотел стать мангакой. Что он нарисует, если выживет? И сможет ли вообще после этого держать карандаш?