Моя маленькая коза

Женщина вытаскивает детей из брюха волка. Все целы, кроме старшего. Торука как сквозь землю провалился. Она ищет его в лесу, день за днём, пока не замечает у дороги мальчишку. Оборванный, смотрит исподлобья. И что-то в нём такое, отчего она хватает его за руку и ведёт домой. Называет сыном. Никто не спорит, все молчат.

Нацуки осваивается быстро. Ест, спит, улыбается, когда надо. И вроде бы даже становится своим. Только мелочи не сходятся. То игрушка Торуки лежит не там, где её оставили. То скрипнет половица ночью, будто кто-то ходит по дому. Мать начинает путаться: вспоминает лицо настоящего сына и не может. Словно чужой мальчик потихоньку занимает место в её памяти. А сам Нацуки явно знает больше, чем говорит. Молчит, улыбается, ждёт.

Что он делал в том лесу? И почему с его приходом прошлое, которое все пытались забыть, начинает лезть наружу, как вода сквозь щели в полу?