Недосягаемая граница

Когда Отохе было семь, её друг Дзиро ушёл к реке и не вернулся. Тела не нашли. Спустя двадцать лет она военный корреспондент, снимает перестрелки в том самом городе, где всё случилось. Правительственные части жмут ополченцев, улицы перекрыты, и в этой кутерьме она вдруг видит в переулке знакомый силуэт. Тот же, что мелькал у воды в детстве.

Отоха бросает съёмочную группу и идёт за тенью. Та петляет, ныряет под арки, сворачивает в проходные дворы. Дома тут стоят криво, будто их толкнуло взрывной волной, а может, и не только ею. И только когда за спиной стихает грохот, до Отохи доходит: река тут вообще ни при чём. Она уже давно перешла черту, просто не заметила момента.

А Дзиро ждёт. Ему всё ещё семь, он не вырос и не собирается. Он просит остаться. Вопрос простой: где заканчивается память и начинается то, что действительно стоит за границей?