У моего мастера нет хвоста

Мамэда выросла на рассказах отца о том, как тануки ловко водили людей за нос. Только вот беда: век превращений прошёл. Техника, газеты, электричество, попробуй тут кого обмануть. Деревенские ей прямо сказали: ничего у тебя не выйдет. Она всё равно собрала вещи и уехала в Осаку.

Первый же обман провалился. Толпа гнала её по улицам, и девушка нырнула в первый попавшийся театр. На сцене стоял человек с веером и одним голосом рисовал толпу, дождь, ссору двух соседей. Никаких чар, просто ракуго. Мамэда смотрела и понимала: вот оно. Она пришла к рассказчику Бунко и попросилась в ученицы. Тот отказал. Она вернулась. Ещё раз. И ещё. Он сдался.

Теперь её дни забиты до отказа: тайко, подработка в театре, тексты, которые надо зубрить до глубокой ночи. Каждая репетиция заканчивается разбором ошибок, и ошибок этих много. А где-то между делом она прячет хвост и уши. Долго так не протянешь. Что скажет мастер, если узнает, что его старательная ученица вовсе не человек?