Дом!

Запрет из штаба пришёл, когда Кристофер уже стоял у обломков. Три года назад этот грузовик исчез на подлёте к Марсу, не успев подать даже слабый сигнал. А теперь его корпус торчал из песка, вскрытый, будто консервная банка. Кристофер должен был доложить и уйти. Он полез внутрь.

Тел нет. Ни следов борьбы, ни паники. Кружки на местах, ремни пристёгнуты, чей-то свитер аккуратно висит на спинке. Так расставляют вещи, когда знают, что вернутся. И тишина такая, что начинает звенеть в ушах. С этого момента миссия превращается в допрос самого себя: напарники путают даты, Кристофер не может вспомнить вчерашний вечер, а голос из штаба всё настойчивее просит закрыть тему.

Кто расставил эти кружки, если экипаж пропал три года назад, и почему начальство предпочло бы, чтобы корабль так и остался под песком?